Стихотворения
Николай Алексеевич Некрасов


Хрестоматии для начальной школыНовейшая хрестоматия по литературе. 2 классРусская литература XIX века
«Дело под вечер, зимой,

И морозец знатный.

По дороге столбовой

Едет парень молодой,

Ямщичок обратный…»





Николай Алексеевич Некрасов

Стихотворения





Генерал Топтыгин


		Дело под вечер, зимой,
		И морозец знатный.
		По дороге столбовой
		Едет парень молодой,
		Ямщичок обратный;
		Не спешит, трусит слегка;
		Лошади не слабы,
		Да дорога не гладка —
		Рытвины, ухабы.
		Нагоняет ямщичок
		Вожака с медведем.
		«Посади нас, паренёк,
		Веселей доедем!»
		– «Что ты? С мишкой?» —
		«Ничего!
		Он у нас смиренный,
		Лишний шкалик за него
		Поднесу, почтенный!»
		– «Ну, садитесь!» – Посадил
		Бородач медведя,
		Сел и сам – и потрусил
		Полегоньку Федя…
		Видит Трифон кабачок,
		Приглашает Федю.
		«Подожди ты нас часок!» —
		Говорит медведю.

		И пошли. Медведь смирён,
		Видно, стар годами,
		Только лапу лижет он
		Да звенит цепями…
		Час проходит; нет ребят,
		То-то выпьют лихо!
		Но привычные стоят
		Лошадёнки тихо.

		Свечерело. Дрожь в конях,
		Стужа злее на ночь;
		Заворочался в санях
		Михайло Иваныч,
		Кони дёрнули; стряслась
		Тут беда большая —
		Рявкнул мишка! – понеслась
		Тройка как шальная!
		Колокольчик услыхал,
		Выбежал Федюха,
		Да напрасно – не догнал!
		Экая поруха!
		Быстро, бешено неслась
		Тройка – и не диво:
		На ухабе всякий раз
		Зверь рычал ретиво;
		Только стон кругом стоял:
		«Очищай дорогу!
		Сам Топтыгин-генерал
		Едет на берлогу!»
		Вздрогнет встречный мужичок,
		Жутко станет бабе,
		Как мохнатый седочок
		Рявкнет на ухабе.
		А коням подавно страх —
		Не передохнули!
		Вёрст пятнадцать на весь мах
		Бедные отдули!

		Прямо к станции летит
		Тройка удалая.
		Проезжающий сидит,
		Головой мотая;
		Ладит вывернуть кольцо.
		Вот и стала тройка;
		Сам смотритель на крыльцо
		Выбегает бойко.
		Видит, ноги в сапогах
		И медвежья шуба,
		Не заметил впопыхах,
		Что с железом гу?ба,
		Не подумал: где ямщик
		От коней гуляет?
		Видит – барин материк,
		«Генерал», – смекает.
		Поспешил фуражку снять:
		«Здравия желаю!
		Что угодно приказать,
		Водки или чаю?..»
		Хочет барину помочь
		Юркий старичишка;
		Тут во всю медвежью мочь
		Заревел наш мишка!
		И смотритель отскочил:
		«Господи помилуй!
		Сорок лет я прослужил
		Верой, правдой, силой;
		Много видел на тракту?
		Генералов строгих,
		Нет ребра, зубов во рту
		Не хватает многих,
		А такого не видал,
		Господи Исусе!
		Небывалый генерал,
		Видно, в новом вкусе!..»

		Прибежали ямщики,
		Подивились тоже;
		Видят – дело не с руки,
		Что-то тут негоже!
		Собрался честной народ,
		Всё село в тревоге:
		«Генерал в санях ревёт,
		Как медведь в берлоге!»
		Трус бежит, а кто смелей,
		Те – потехе ради —
		Жмутся около саней;
		А смотритель сзади.
		Струсил, издали кричит:
		«В избу не хотите ль?»
		Мишка вновь как зарычит…
		Убежал смотритель!
		Оробел и убежал,
		И со всею свитой…

		Два часа в санях лежал
		Генерал сердитый.
		Прибежали той порой
		Ямщик и вожатый;
		Вразумил народ честной
		Трифон бородатый
		И Топтыгина прогнал
		Из саней дубиной…
		А смотритель обругал
		Ямщика скотиной…




Дед Мазай и зайцы







		…Старый Мазай разболтался в сарае:
		«В нашем болотистом, низменном крае
		Впятеро больше бы дичи велось,
		Кабы сетями её не ловили,
		Кабы силками её не давили;
		Зайцы вот тоже, – их жалко до слёз!
		Только весенние воды нахлынут,
		И без того они сотнями гинут[1 - Гинут – гибнут.], —
		Нет! Ещё мало! Бегут мужики,
		Ловят, и топят, и бьют их баграми.
		Где у них совесть?.. Я раз за дровами
		В лодке поехал – их много с реки
		К нам в половодье весной нагоняет, —
		Еду, ловлю их. Весна прибывает.
		Вижу один островок небольшой —
		Зайцы на нём собралися гурьбой.
		С каждой минутой вода подбиралась
		К бедным зверькам; уж под ними осталось
		Меньше аршина земли в ширину,
		Меньше сажени – в длину.
		Тут я подъехал: лопочут ушами,
		Сами ни с места; я взял одного,
		Прочим скомандовал: прыгайте сами!
		Прыгнули зайцы мои, – ничего!
		Только уселась команда косая,
		Весь островочек пропал под водой.
		«То-то! – сказал я, – не спорьте со мной!
		Слушайтесь, зайчики, деда Мазая!»
		Этак гуторя, плывём в тишине.
		Столбик не столбик, зайчишко на пне,
		Лапки скрестивши, стоит, горемыка,
		Взял и его – тягота невелика!
		Только что начал работать веслом,
		Глядь, у куста копошится зайчиха, —
		Еле жива, а толста, как купчиха!
		Я её, дуру, накрыл зипуном, —
		Сильно дрожала… Не рано уж было.
		Мимо бревно суковатое плыло,
		Сидя, и стоя, и лёжа пластом,
		Зайцев с десяток спасалось на нём.
		«Взял бы я вас – да потопите лодку!»
		Жаль их, однако, да жаль и находку —
		Я зацепился багром за сучок
		И за собою бревно поволок…

		Было потехи у баб, ребятишек,
		Как прокатил я деревней зайчишек:
		«Глянь-ко: что делает старый Мазай!»
		Ладно! любуйся, а нам не мешай!
		Мы за деревней в реке очутились.
		Тут мои зайчики точно сбесились:
		Смотрят, на задние лапы встают,
		Лодку качают, грести не дают:
		Берег завидели плуты косые,
		Озимь, и рощу, и ку?сты густые!..
		К берегу плотно бревно я пригнал,
		Лодку причалил – и «с богом!» сказал…

		И во весь дух
		Пошли зайчишки.
		А я им: «У-х!
		Живей, зверишки!..
		Смотри, косой,
		Теперь спасайся,
		А чур зимой
		Не попадайся!
		Прицелюсь – бух!
		И ляжешь… Ууу-х!»

		Мигом команда моя разбежалась,
		Только на лодке две пары осталось —
		Сильно измокли, ослабли; в мешок
		Я их поклал – и домой приволок.
		За ночь больные мои отогрелись,
		Высохли, выспались, плотно наелись;
		Вынес я их на лужок; из мешка
		Вытряхнул, ухнул – и дали стречка!
		Я проводил их всё тем же советом:
		«Не попадайтесь зимой!»
		Я их не бью ни весною, ни летом,
		Шкура плохая, – линяет косой…»




«Не ветер бушует над бором…»


		Не ветер бушует над бором,
		Не с гор побежали ручьи —
		Мороз-воевода дозором
		Обходит владенья свои.

		Глядит – хорошо ли метели
		Лесные тропы занесли,
		И нет ли где трещины, щели,
		И нет ли где голой земли?

		Пушисты ли сосен вершины,
		Красив ли узор на дубах?
		И крепко ли скованы льдины
		В великих и малых водах?

		Идёт – по деревьям шагает,
		Трещит по замёрзлой воде,
		И яркое солнце играет
		В косматой его бороде…

		Забравшись на сосну большую,
		По веточкам палицей бьёт
		И сам про себя удалую,
		Хвастливую песню поёт…

		«Метели, снега и туманы
		Покорны морозу всегда,
		Пойду на моря-окияны —
		Построю дворцы изо льда.

		Задумаю – реки большие
		Надолго упрячу под гнёт,
		Построю мосты ледяные,
		Каких не построит народ.

		Где быстрые, шумные воды
		Недавно свободно текли —
		Сегодня прошли пешеходы,
		Обозы с товаром прошли…

		Богат я, казны не считаю,
		А всё не скудеет добро;
		Я царство моё убираю
		В алмазы, жемчуг, серебро…»

    (Отрывок из поэмы «Мороз, Красный нос»)



Перед дождём


		Заунывный ветер гонит
		Стаю туч на край небес.
		Ель надломленная стонет,
		Глухо шепчет тёмный лес.

		На ручей, рябой и пёстрый,
		За листком летит листок,
		И струёй сухой и острой
		Набегает холодок.

		Полумрак на всё ложится;
		Налетев со всех сторон,
		С криком в воздухе кружится
		Стая галок и ворон.

		Над проезжей таратайкой
		Спущен верх, перёд закрыт;
		И «пошёл!» – привстав с нагайкой,
		Ямщику жандарм кричит…



notes


Примечания





1


Гинут – гибнут.


